Дети девочки снимают трусики фото

Дети девочки снимают трусики фото

11. Лагерь «Лазурный», 2003 год.

12. Филипп, 2002 год.

13. Маша, 2003 год.

14. Игорь и Таня, 1994 год.

15. Лагерь «Янтарный», 1994 год.

16. Победители, 1999 год.

17. Лагерь «Кипарисный», 1994 год.

18. Яхт-клуб, 1994 год.

19. Яхт-клуб, 1999 год.

20. Лагерь «Речной», 1994 год.

21. Сергей и Лена, 1994 год.

22. Наташа, 2002 год.

23. Бассейн, 2003 год.

24. Пляж, 2003 год.

25. Настя, 2003 год.

26. Лагерь «Речной», 2003 год.

27. Лагерь «Полевой», 1994 год.

28. Лагерь «Речной», 2003 год.

29. Катя и Оксана, 2002 год.

30. Андрей и Сережа, 2002 год.

31. Катя, 2002 год.

32. Юля и Даша, 2002 год.

33. Лиза и Коля, 2002 год.

34. Лагерь «Речной», 2003 год.

35. Лагерь «Кипарисный», 2002 год.

36. Лагерь «Лазурный», 2002 год.

37. Алина, 2002 год.

38. Лагерь «Полевой», 2003 год.

39. Лагерь «Речной», 2003 год.

40. Группа «Розовый слон», 2003 год.

41. Группа «Розовый слон», 2003 год.

42. Фестиваль «Сузір’я», 2003 год.

43. Лагерь «Кипарисный», 2002 год.

Понравилось? Хотите быть в курсе обновлений? Подписывайтесь на наш Twitter, страницу в Facebook или канал в Telegram.

— Когда я приходила за внучкой, видела, что дети у нее стоят на ушах, а она, стоя к ним спиной, смотрит в окошко и разговаривает по телефону. Но я все делала скидку на сельскую местность. А потом Оля (все имена изменены. — Примеч. ред.) стала жаловаться, что в спальне мальчики пристают к девочкам и снимают трусы — началось это ближе к весне. В декабре у нее вырезали аппендицит, мы тряслись над ребенком, потому что девочку только что прооперировали. И вдруг она нам рассказывает, что ее бьют и пинают, а в бане я у нее вижу синяки, — говорит корреспонденту «Ура.ру» бабушка Люда. — Перепугалась, спросила, откуда — она ответила, что упала на площадке. У меня еще тогда закрались сомнения: все ли в порядке в этом садике? Плюс эти рассказы про сдергивания трусов. С отцом Оли мы давно не вместе, но тогда, весной 2016-го, я позвала его приехать, чтобы мы оба присутствовали на разговоре в детском саду. Пошли к заведующей. Сказали, что не хотим ни с кем ссориться, конфликтовать, но хотим прояснить ситуацию. Пересказали, что говорила нам дочка. Спросили: могло ли быть такое и бывает ли, что воспитатель покидает группу?

Воспитательница ругалась на Олю и заявляла, что «девочка сама снимала трусы перед мальчиками». Родственники сомневались в честности ребенка и до последнего не могли поверить ее словам. Однако развеяли домыслы родители мальчиков, с которыми проводилось собрание.

Весной 2018 года, когда родители готовились к выпускному в детском саду, Оля увидела фото воспитанницы и вспомнила события двухгодовалой давности. Оказалось, девочку на снимке изнасиловали дошкольники. Когда Оля пыталась защитить знакомую, мальчики избили ее. После насилия дети обратились к воспитателю, но женщина никак не отреагировала.

По словам Оли, она сама подвергалась насилию со стороны мальчиков. Ребята ее изнасиловали во время тихого часа. Когда воспитательница вернулась из соседней группы, Оля пожаловалась воспитательнице, но вместо поддержки ей сказали, что она сама виновата, и поставили в туалет на холодный пол.

Насильник оказался сыном воспитательницы Ирины Николаевны.

— Я тогда думала, что будет какое-то расследование и мы дадим все показания, но ничего не происходило, — говорит мама Оли. — Воспитательница продолжала ездить мимо нашего дома на работу в детсад, а заведующая нам ничего так и не ответила — ни устно, ни письменно.

Во время подготовки к выпускному родители обсуждали в соцсетях поздравления педагогам. Тогда родители Оли отказались поздравлять Ирину Николаевну.

— Лично от вас мне не нужно никакого подарка, — написала в ответ воспитательница. — С моей совестью все в порядке, а ваше мнение меня волнует меньше всего.

Читайте также:  Стихи посвященные мужчине классика

На следующий день Оля пришла из сада избитая. На ее теле было 10 синяков на ногах и ребрах. Мама пострадавшей зафиксировала побои и обратилась с заявлением в полицию, где описала все, что ей стало известно о происходившем в 2016 году.

— Ей даже было больно идти из-за синяка, — сказала мама девочки. — Эти синяки ей поставил сын воспитательницы Ирины Николаевны.

В начале апреля семья Оли прошла медицинское освидетельствование. В то время девочке, по словам ее родителей, пришлось несколько раз пережить избиение детей и даже насилие со стороны взрослых.

— Я всегда забирала ее пораньше, потому что не доверяю сменному воспитателю. Пришла, а ее на площадке нет! Спросила, где — говорят, заведующая увела. Я зашла в кабинет в тот момент, когда ее опрашивали инспектор ПДН и заведующая садиком. Оля сидела зареванная, с растрепанными волосами и испуганная, — рассказывает Дина.

От ребенка выбивали признание, что ее мама страдает алкоголизмом.

— В какой-то момент они оставили мою дочку наедине в кабинете с Москвиной, та таскала ее за уши, била ее по щекам, говорила, что лучше б она не родилась, — рассказывает мама. — Дома Олю стало трясти, я посмотрела на ее красные уши, вызвала такси и мы поехали в Екатеринбург подавать заявления в прокуратуру и управление МВД по Свердловской области.

Дина ездила в Следственный комитет в Екатеринбург и ходила на прием к замначальника регионального СК Алексей Казеко.

— Однажды меня пригласил сотрудник Следственного комитета в Невьянске и предложил поговорить с начальницей — Оксаной Анатольевной Мерзляковой, — вспоминает Дина. — Она сразу меня осекла, сказав, что если что-то они и нароют, то все отделаются административкой. На что я ответила, что в СК Свердловской области мне заявляли другое: то, что происходило, — это гораздо более тяжкое преступление, чем просто дети ударили друг друга совочком.

После приема были проведены проверки и опрошены свидетели. Подозреваемые мальчики все отрицают, однако некоторые воспитанники до сих пор отчетливо помнят, как ребята приставали к девочкам. Следователи даже нашли девочку Катю, которую первой изнасиловала группа дошкольников.

Когда дочери журналистки Иры Форд было шесть лет, она пережила сильный стресс — дети в саду сняли с нее трусы. Воспитатели проблемы в случившемся не увидели — в отличие от родителей. Мы попросили Иру рассказать, как она действовала в этой ситуации, а психолога Наталью Лобанову — прокомментировать Ирины шаги. Получилась полезная инструкция для родителей.

Когда все началось?

Первый звоночек прозвенел недели за три до этого случая. Как-то вечером дочь сказала: «Мама, во время тихого часа у нас девочка показывала свою писю мальчикам. И тогда один мальчик показал свою. Я не смотрела. Я вообще закрыла глаза, когда это все началось, а потом пришли воспитатели, и все легли спать».

Мы обсудили, почему не надо так делать и не нужно смотреть. А еще — почему ЭТО может быть интересно другим детям. И я посчитала тему закрытой. А зря. Ведь можно было услышать сигнал SOS и уже тогда побеседовать с воспитателями о том, что нужно поговорить с детьми и усилить контроль во время тихого часа.

Комментирует Наталья Лобанова, психолог: «Старший дошкольный возраст — время большого интереса к устройству своего и чужого организма. Большинство взрослых помнят подобные описанному случаи из своего детства. И свои чувства не забыли тоже — удовольствие от обмена информацией, от нарушения запретов, от проживания некоторого секретного действа, и при этом где-то совсем рядом — стыд и вина, придающие событию особую остроту. И реакция взрослого может стать ключевым фактором в переходе одних ощущений (любопытства и радости от самопознания) к другим (вине и стыду). Выслушав ребенка, можно поделиться с ним чувствами и мыслями о ситуации. Думаю, доверительный разговор помог бы девочке почувствовать себя в безопасности и осознать, что ситуация необычная, но из нее есть выход. И, безусловно, родителям стоило поговорить с воспитателями, чтобы те вовремя и корректно реагировали».

Читайте также:  Выкройка дождевика с капюшоном для женщины

«Просто шалость»

В тот день в дочкином расписании сразу после садика стояло рисование.

«Как дела у дочери сегодня?» — спросила я у воспитательницы.

«Да все хорошо», — наша спешка была на руку педагогу.

Когда мы были на расстоянии пятнадцати минут ходьбы от садика, дочка сказала: «Знаешь, все-таки не все было хорошо. В тихий час дети сняли с меня трусы». Мое сердце с глухим стуком ухнуло вниз. Я сразу вспомнила наш недавний разговор и поняла, что опоздала на три недели.

«Знаешь, как было дело?» — она крепко держала меня за руку. «Мы в спальне переодевались в пижамы. Я сняла свою кофточку, а Аня, Кирилл и Лена стали смеяться, что у меня нет майки. После этого они защекотали меня и стянули трусы. И тут пришла воспитательница и сказала, чтобы все ложились спать и что ребятам надо извиниться передо мной. Аня и Кирилл извинились, а Лена нет. И воспитательница с ней разговаривала половину тихого часа. Но она все равно не извинилась. Это я виновата? Все произошло потому, что я не ношу майку? Я вечером разговаривала с Аней, когда мы уже помирились, и она сказала, что они просто так пошутили. Ты тоже думаешь, что это просто шалость?».

И мое сердце опять ухнуло вниз. Я подумала про жертв изнасилования, которым говорят: «Ты сама виновата, что надела такую короткую юбку, шла одна по темной улице и вообще вышла из дома — приличные девушки одни не ходят».

А вслух сказала: «Нет. Шутка — это когда смешно и весело всем. Когда троим смешно, а одной совсем нет и другие дети не знают, как себя вести, то тут не до шуток. Я завтра поговорю с воспитателями и детьми и объясню, почему так нельзя поступать, хорошо?».

Наталья Лобанова, психолог: «В целом мама верно и деликатно отреагировала на рассказ дочери. Здесь важно не только озвучить «ты не виновата», но и дать ощущение ее «хорошести», детально проговорив, что она вела себя адекватно и в ее поведении не было ничего провокационного. Мне кажется, в этой ситуации мама испугалась больше, чем сама девочка. Ее воображение быстро нарисовало самую ужасную картину и возможные последствия. В подобных ситуациях важно сохранять хладнокровие и отделять собственные переживания от чувств ребенка. При этом поддержка, прозвучавшая в словах мамы, дали дочери возможность почувствовать себя защищенной.

Конечно, если подобная ситуация произошла, обязательно должен состояться разговор с воспитателями, причем на «холодную» голову. Если диалог не складывается и не дает желаемого результата, то можно идти дальше (методист садика, заведующая, Департамент образования). Кроме того, если родители видят, что ребенок серьезно переживает, можно обратиться к психологу для оказания поддержки по проживанию чувственного опыта — с тем, чтобы впоследствии он не попадал в ситуацию жертвы насилия».

Не спустить на тормозах

Я была растеряна и разгневана, мысли прыгали от «к заведующей и не иначе» до «сейчас все зависит от моей уравновешенности». Сама я считала, что в случившемся виноваты воспитатели — в момент инцидента в группе их было двое, и ни одна не находилась в спальне.

Внутренне я понимала — скорей всего ничего страшного не произойдет, если я спущу ситуацию на тормозах. Воспитатели и сами, наверное, испугались и теперь будут внимательнее относиться к поведению детей во время тихого часа. А дети… В конце концов, Аня, Лена и Кирилл не спрятали от нее трусы. Она тут же их натянула обратно, а обидчики извинились.

Муж считал, что мои полномочия оканчиваются на пороге группы: «Максимум, что ты имеешь право сделать — поговорить с воспитателями».

Еще день назад я бы считала точно так же. Но «все хорошо», сказанное воспитательницей, меня подкосило — доверием теперь не пахло. Поэтому пришло время продемонстрировать дочке, что она может мне доверять. А заодно участники инцидента узнают, что у дочери такая мама, которая так просто это не оставит. К утру у меня родился план.

Читайте также:  Комбинезон для корги выкройка

Наталья Лобанова, психолог: «Гнев мамы был во многом вызван воспитателями, утаившими произошедшее. В этом случае важно как можно быстрее поговорить с ними, выяснить все аспекты происшествия, обсудить действия, которые они провели для сглаживания ситуации и объяснения детям рамок дозволенного».

Время действовать

Я сделала пост в социальной сети в группе детского сада. Я рассказала, что произошло, и сообщила, что хочу поговорить с родителями Ани, Лены и Кирилла. И еще я написала записку воспитательнице (дочку в садик в этот день отводил муж), что в 16:00 приду поговорить с детьми о том, что произошло. И если у родителей зачинщиков есть желание поучаствовать, то я буду рада.

Когда я пришла, были все, кроме Лены и Кирилла. Их забрали раньше. Разговаривать на тему «трое против одного», когда оставалась лишь Аня, мне показалось нечестно. Поэтому мы поговорили с детьми о том, как себя вести, если на тебя нападают сразу трое. Выяснилось, что они не представляют вообще, как можно защищаться, звать на помощь. Их версии ограничивались: «Надо вести себя хорошо, и тогда ничего не случится» и «Можно сказать воспитателю». А еще разговор коснулся того, как важно быть командой и моментально реагировать, если на твоего друга нападают несколько человек. Только тогда дети сообразили, что накануне они не спасли Ясю от насилия, а могли бы. И если бы это случилось с любым из них, они бы хотели рассчитывать на помощь.

В завершение я достала из сумки фотографию мужа с дочкой: «Ребята, когда дочь родилась, папа пообещал, что будет ее защищать в любой ситуации, что бы ни случилось. Я прикреплю эту фотографию на ее ящик с одеждой. Каждый, кто захочет обидеть дочь, может сначала выйти в раздевалку и посмотреть на ее стокилограммового папу. А Лене и Кириллу мы завтра расскажем, почему появилось это фото, договорились?».

Пока дочка одевалась, я поговорила с воспитательницей о том, что мне больно, потому что об инциденте я узнала от дочки, а не от нее и ее коллеги. «Мы решили поговорить с родителями Лены, Кирилла и Ани, а потом уже с вами», — неубедительно оправдалась она. Вторая воспитатель позже выдала мне версию: «Мы решили, что нашего разговора в группе с детьми достаточно».

Следующим утром, приведя дочь, я заглянула в группу. Увидев Кирилла, я обратилась к нему: «Кирюш, жаль, что тебя вчера не было. У нас с детьми было собрание. Мы обсудили, что нельзя обижать слабых. А раз ты самый большой, то будет здорово, если ты свою силу пустишь на что-то хорошее. А про собрание и папу тебе ребята расскажут». Кирилл согласно кивнул, дети бросились пересказывать ему про то, как круто быть командой, и что весить 100 килограммов тоже круто.

Наталья Лобанова, психолог: «По сути, мама сделала все грамотно. Но ведь создавать ощущение безопасности для детей — задача педагогов. Каждый ребенок должен знать, что в отсутствие родителей он может обратиться к ним за помощью и поддержкой и те обязательно их окажут.

В этой ситуации воспитатели попытались «спустить все на тормозах», не придавая необходимого значения произошедшему. Не помешал бы разговор с психологом учреждения и методистом, которые провели бы инструктаж педагогов о действиях в подобных ситуациях».

Когда я забирала дочь из сада на следующий после собрания с детьми день, она подбежала ко мне с докладом: «Мама, ты представляешь, мы целый день были командой, как ты посоветовала! У нас все получилось!». И это было отлично. Хотя мое доверие к воспитателям так и не восстановилось.

Ссылка на основную публикацию
Девочка в русском народном костюме рисунок
Как нарисовать женщину в русском народном костюме? Как нарисовать женщину в русском национальном костюме? Как нарисовать женщину в русском народном...
Вязание наколенников спицами схемы
Наколенники из шерсти очень полезная находка для любого мастера. Их роль не столько эстетическая, сколько лечебная. Именно лечение и профилактику...
Девочка в русском народном костюме рисунок
Как нарисовать женщину в русском народном костюме? Как нарисовать женщину в русском национальном костюме? Как нарисовать женщину в русском народном...
Дети девочки снимают трусики фото
11. Лагерь «Лазурный», 2003 год. 12. Филипп, 2002 год. 13. Маша, 2003 год. 14. Игорь и Таня, 1994 год. 15....
Adblock detector